В случае отказа, этим странам грозили сократить адресное финансирование из консолидированного бюджета Евросоюза. По прибытии же на саммит Дж.Конте сразу заявил, что Рим готов использовать право на вето, если финальное соглашение по мигрантам не устроит его. Тем более что на протяжении многих лет Италия зачастую была свидетелем проявления солидарности со стороны партнеров по ЕС «только на словах». Примечательно, что принципиальное расхождение позиции Рима с другими партнерами, грозило сорвать принятие итогового документа, в котором были отражены соглашения и по другим весьма важным вопросам. В частности, на первой сессии Европейский совет провел обмен мнениями с главой Европарламента (ЕП) А.Таяни и генсеком НАТО Й.Столтенбергом, рассмотрел вопросы обороны и безопасности, стимулирования роста, занятости и конкурентоспособности экономики ЕС, вопросы политики и инноваций и другие темы, такие как расширение, а также семилетний план перспективного бюджета ЕС (2021-2027 гг).

Из-за расхождения позиций в миграционной политике, перспектива принятия консолидированного документа, где были отражены все эти серьезные проблемы, оказалось в завесах густого тумана. Но, в конечном итоге, после 15-часовых переговоров, странам ЕС удалось прийти к общему знаменателю. Компромиссное решение предусматривает расселение беженцев по странам на добровольной основе. Но, такой компромисс, главным образом, достигнут за счет ужесточения политики по отношении к самим мигрантам. Так как, соглашение по миграции предусматривает создание контролируемых центров по приему беженцев. По сути это означает создание резерваций для «инородных». Чрезмерно возгордившись принятым решением, президент Франции Э.Макрон заявил, что, когда многие предсказывали невозможность достижения соглашения и триумф национальных решений, они получили консолидированное европейское решение.

Такой же результат позволит ЕС получить комплексный подход к решению миграционного кризиса, что будет способствовать лучшей защите общеевропейских границ и ужесточить правила приема беженцев. Но, такие страны Средиземноморья, как Испания и в особенности Италия, вовсе не разделяют такой еврооптимизм Э.Макрона. Председатель правительства Испании П.Санчес, выражая недовольство принятым документом, заявил, что это не лучшее из соглашений, к которому они могли бы прийти. Хотя, наиболее важным достижением саммита можно считать признание того, что западные районы Средиземноморья сталкиваются с наиболее серьезными последствиями миграционного кризиса. Данное же соглашение открывает перспективы для решения задачи, с которой столкнулась Европа. Италия, ранее представившая собственный документ, где главным требованием был пересмотр Дублинского соглашения, согласно которому ответственность за прием ложится на страну прибытия, в конченом итоге, примирилась с принятым решением. К тому же, Рим, предлагая установить принудительные квоты приема мигрантов, требовал сократить отказникам целевое финансирование из бюджета ЕС.

Премьер-министр Италии Дж.Конте, давший себя уговорить коллегам, свое согласие аргументировал тем, что отныне Италия с данной проблемой не останется один на один. Так как, устанавливается новый всеобъемлющий принцип оказания приема и спасения мигрантов, и признается главный постулат: любой прибывающий в Италию прибывает в Европу. К тому же, признана необходимость реформирования злосчастного Дублинского соглашения. А самое главное, в итоговом документе содержится обязательство финансировать фонд помощи африканским странам, откуда прибывает основная часть мигрантов, прибывающих в Италию, как правило, по морю. Устанавливается общий порядок оказания помощи беженцам, терпящим бедствие в Сицилийском проливе.

Спасенные же мигранты могут доставляться и в порты третьих стран. Кстати, именно финансирование этого фонда было одним из основных требований Рима к ЕС. После удовлетворения этого требования премьер-министр Италии Дж.Конте отвесил реверанс в адрес Брюсселя: «После этого заседания Европейского Совета Европа более крепкая и солидарная». По утверждению некоторых источников, такая «солидарность» предусматривает выделение Италии около 500 млн. евро, для успешного решения проблемы миграции. Тем не менее, Италия пока не торопится отменить свои правила приема беженцев, которые ввела в одностороннем порядке, не дожидаясь даже начала саммита.

Рим отказал всем судам, так называемым добровольческим организациям, которые занимались спасением беженцев в Средиземном море, заходить в итальянские порты.

Дж.Конте сообщил, что Италия не будет принимать подобные суда, пока другие европейские страны не начнут делать то же самое. За такое распоряжение премьер-министр Италии тут же был подвергнут критике со стороны президента Франции Э.Макрона и канцлера Германии А.Меркель еще до саммита. Но, суровая реальность оказалась важнее, чем их показная «гуманность» по отношении к мигрантам.

Резкая критика за такую политику в собственных странах в конечном итоге привела к трансформации их позиций в сторону ужесточения.

В этом плане особенно досталось канцлеру Германии А.Меркель, с самого начала занимающей наиболее лояльную позицию в миграционной политике. В собственной стране ей также не прощают самое щедрое раскашеливание на нужды мигрантов среди стран ЕС. Ситуация дошла до того, что министр внутренних дел Германии и лидер Христианско-социального союза, входящего в правящую коалицию (блок ХДС/ХСС и СДПГ) Хорст Зеехофер, пригрозил принять национальные меры, значительно усилив контроль на германской границе, и не пускать мигрантов на территорию страны. Он предупредил главу кабмина также об угрозе распада правящей коалиции, в случае его увольнения из-за разногласий по данному вопросу.

Именно этот ультиматум, грозящий перспективой потери кресло канцлера, настолько повлиял на А.Меркель, что она тут же отбросила показную приверженность к европейским ценностям и пример гуманистического отношения к «униженным и оскорбленным».

Предложив Соломоново решение в европейском масштабе, она сыграло на снятии собственной внутригерманской проблемы. Именно она предложила организовать пункты приема (по сути, фильтрационные лагеря) беженцев на территории европейских стран, что было поддержано президентом Франции Э.Макроном и премьер-министром Испании П.Санчесом. Примечательно, что А.Меркель даже выступила инициативой привлечения германской полиции для охраны этих пунктов. Премьер-министр Венгрии Виктор Орбан, всегда отличающийся жесткой позицией в миграционной политике, вовсе заявил, что они должны сделать то, что просят европейские народы: не принимать больше ни одного нелегала, а ранее прибывших отправить домой.

А председатель Европейского Совета Дональд Туск, припомнив соглашение ЕС с Турцией, благодаря которому поток беженцев с Ближнего Востока значительно уменьшился, высказался за поддержку предложения об открытии лагерей для беженцев на территории третьих стран. В противном же случае, если не закрыть внешнюю границу ЕС, единственным выходом останется закрытие границ между странами, входящими в ЕС. Все эти сентенции свидетельствуют только об одном: Брюссель намерен решить собственную миграционную проблему, а не этих несчастных людей, которые хлынули в старый континент из-за разрушительных войн в своих странах, к чему с таким упоением приложили руку и ведущие страны Европы.

Под прикрытием лживых лозунгов о распространении демократических принципов и европейских ценностей на страны Ближнего Востока, Запад практически превратил этот регион в логово террористов, где перспектива наступления прежней размеренной жизни окутана густым туманом. Таким, погрузив Ближний Восток в пучину братоубийственной войны, Запад выносит неутешительный вердикт беженцам из этого региона, пытающихся найти спасение от смерти в Европе: «спасение утопающих дело рук самих утопающих». Тогда спрашивается: «А кто же вас просил, господа нехорошие, втолкнуть этих людей в водоворот Средиземноморья? В таком случае, не лучше ли сказать, что мы не собираемся спасать тех, кому уготовили участь утопленника». Зато Турция, которую европейцы не хотят допустить на пушечный выстрел до ЕС, пусть взвалит на себя бремя этих беженцев за какие-то гроши.

Причем даже выделение этих средств зачастую сопровождается ропотом недовольства со стороны некоторых членов ЕС. Хотя для собственного субсидирования они готовы прибегать даже к политическому шантажу. В принципе же, на примере миграционной политики, последний саммит обнажил серьезные язвы на теле ЕС. Стали очевидны серьезные разногласия в общеевропейском сообществе, которые в ближайшей перспективе могут расшатать его сваи. Неспроста некоторые аналитики утверждают, что заявление «соглашение между членами ЕС достигнуто», по меньшей мере, можно квалифицировать, как «выдать желаемое за действительное». По большому счету, происходящие события в ЕС можно характеризовать как тяжелое похмелье после затянувшегося и обильного застолья, где все кланяются друг другу в вечной любви и дружбе. Но, уже на следующий день суровая реальность вступает в свои законные права: «дружба дружбой, а табачок, как говориться врозь». А еще вернее, своя рубашка ближе к телу.

Сахиль Искандеров, политолог, специально для Vzglyad.az.

Vzglyad.az

Читайте актуальные новости и аналитические статьи в Telegram-канале «Vzglyad.az» https://t.me/Vzqlyad

Тэги: Европа   беженцы   миграция