Новая система коалиций на Ближнем Востоке. Создается новый проект «ИГИЛ-2» - АНАЛИТИКА

  13 ЯНВАРЬ 2018    Прочитано: 8162
Новая система коалиций на Ближнем Востоке. Создается новый проект «ИГИЛ-2» - АНАЛИТИКА

Со второй половины 20-го столетия палестинский вопрос сделался одним из важнейших на Ближнем Востоке, а затем твердо занял центральное место в регионе. Происходили и другие важные события - свержение монархий в арабском мире, исламская революция в Иране, ирано-иракская война, гражданская война в Ливане. Но даже на этом беспокойном фоне арабо-израильский конфликт резко выделялся. "Обсуждать вопросы ближневосточного урегулирования" на языке предшествующей эпохи означало прежде всего обсуждение палестинской проблемы, "вопроса об оккупированных Израилем территориях" или "о безопасности Израиля"(в зависимости от того, кем и как ставился вопрос), словом, ближневосточное урегулирование, означало урегулирование арабо-израильского конфликта.
Времена изменились. Существуют, как минимум, две причины, благодаря которым Ближний Восток теперь не тот, что прежде. Во-первых, это ослабление влияния США и во-вторых, кризис в арабских государствах, в результате чего произошло резкое усиление неарабских режимов и этнических движений в регионе. Похоже, что в новых условиях палестинский вопрос отходит на периферию ближневосточной политики.

Ослабление США и политический вакуум

Важнейшая причина политической неопределенности и нарастающего хаоса в современном мире связана с ослаблением международного влияния США. Америка в определенной мере утратила возможности для широкомасштабного вмешательства в вооруженные и политические конфликты по всему миру. Это ослабление началось во времена Обамы и продолжилось при Трампе. Речь идет не о полной изоляции, но об ослаблении влияния.


Причины происходящего связаны с неудачными войнами, которые американцы вели в Ираке и Афганистане, и со структурными проблемами в самой экономике США. Войны стали слишком дорогими: лауреат Нобелевской премии экономист Джозеф Стиглиц отмечал, что, учитывая эффект войны в Ираке на экономику США, ее реальная цена составила около 3 трлн долларов. В то же время, население Америки стало резко негативно относиться к войнам. Согласно соцопросам, абсолютное большинство американцев выступило против участия США в войне в Сирии.

Так возникает политический вакуум, который стремятся заполнить региональные державы - Иран, Турция, Израиль, Саудовская Аравия, Россия, Китай и др. Это ведет к росту политической неопределенности и конфликтам во всем мире. Резко обострились споры держав.

Коллапс арабской светской модернизации

Второй причиной изменения ситуации на Ближнем Востоке стало крушение централизованных светских государств в ряде арабских стран. Йемен, Ливия и Сирия рассыпались на части в ходе гражданских войн, та же участь постигла Ирак. Светские национальные государства, созданные арабскими националистами по образу и подобию СССР (жесткая централизация власти, преобладающая роль государственного чиновного аппарата в экономике, авторитаризм и власть вождей, однопартийные системы, светское образование), в сочетании с арабским национализмом, избранным в качестве обязательной для все официальной идеологии, провалились. Они не выполнили ни одну из задач, которые ставили перед собой.

Прежде всего, они не смогли сплотить нацию, разбитую на множество этнических и конфессиональных фрагментов: шииты и сунниты, арабы и курды продолжали сражаться за свои интересы. Кроме того, эти режимы не смогли провести эффективную научно-техническую модернизацию, став на один уровень с передовыми странами мира. Это привело к поражениям во всех войнах с Израилем, к оккупации Ирака американцами и к разрушению режима Каддафи в ходе восстания и бомбардировок.

Светские арабские режимы развалились в результате внутренних кризисов и восстаний (имевших как социальные, так и этно-конфессиональные корни), дополненных ударами извне. В каком-то смысле они повторили развал СССР, указав на крайнюю неэффективность экономических моделей, основанных на национализации - передачи экономики в собственность бюрократического аппарата государства.

Взлет и падение "ИГИЛ"

Внутри хаоса, появившегося на их месте, попытался было подняться "ИГИЛ" - религиозная секта, объявившая о восстановлении единого религиозного государства - "халифата" на основе единой мусульманской над этнической общности (уммы). "ИГИЛ" на короткое время захватил территорию размером с Францию и населением 8-10 млн в Ираке и Сирии.


"ИГИЛ" попытался объединить вокруг себя миллионы суннитов, недовольных дискриминационной политикой шиитского правительства в Ираке и алавитского клана Асада в Сирии (алавизм - близкое к шиизму религиозное учение). В отличие от большинства других террористических организаций, "ИГИЛ" сумел объединить религиозный пыл с профессиональными навыками бывших офицеров армии и контрразведки Саддама Хуссейна, составивших до половины руководства организации. С этим не было сложностей, так как в результате чисток американцев и шиитского режима работу потеряли около 100 тыс. иракских чиновников и профессиональных военных, связанных с Саддамом и правившей во времена диктатора партией Баас. Соединение религиозного фанатизма и умения планировать крупные военные операции принесло свои плоды.

Но все это не было дополнено созданием эффективной социально-экономической системы: руководство организации выпустило собственные деньги, обложило налогами местный бизнес и, захватив нефтяные скважины, сбывало по дешевке сырую нефть. Кроме того, "ИГИЛ" отнимал имущество у своих противников, критиков и инаковерующих, причем поступления от грабежей составляли около 30% доходов казны. Такая примитивная экономическая модель, основанная на прямом грабеже и торговле сырой нефтью, не могла стать альтернативой. К тому же "ИГИЛ" вызвал возмущение большой части населения своей жестокостью, а его непримиримая позиция в отношении других государств и террористические удары по ним привели к жесткому ответу нескольких международных коалиций.

В итоге проект постиг крах. В настоящее время на территории Ирака и Сирии присутствует не более нескольких тысяч боевиков этой организации. Остальные либо покинули ее, либо переместились в Афганистан, где создается новый проект, нацеленный на экспансию в сторону стран Средней Азии - "ИГИЛ"-Хорасан.

Битва за наследство "ИГИЛ"

В свою очередь, на руинах "ИГИЛ" стали утверждаться, постепенно набирая силу, неарабские государственные проекты, хотя они и опираются на определенные симпатии среди арабов. Происходящее сегодня в регионе можно назвать битвой за наследство "ИГИЛ". Резко усилилось влияние курдов и началась постепенная кристаллизация "Курдистана". Курды создали два квази-государства - в Сирии и Ираке, в Турции "РПК" (Курдская рабочая партия) ведет партизанскую войну против правительства этой страны. Даже в недавно еще спокойном иранском "Курдистане" идут массовые протесты. Но главным игроком, получившим выгоды от поражения "ИГИЛ" и борьбы за его наследство, стал шиитский Иран.

Иран - главный политический фактор нового Ближнего Востока


Сокрушив режим суннита, светского диктатора и социал-националиста Саддама Хусейна в Ираке в 2003 г, Соединенные Штаты, сами того не желая, открыли путь к формированию новой иранской шиитской империи. Большинство населения Ирака, как и Ирана, составляет шииты и именно их представители пришли к власти, причем многие из них ориентировались на Иран. "ИГИЛ" попытался объединить вокруг себя иракских и сирийских суннитов, но его поражение привело к еще большему усилению иранского и шиитского влияния в Ираке и Сирии.

Иранцы действуют на двух уровнях. С одной стороны, они оказывают военную и экономическую помощь шиитским правительствам Ирака и Сирии в борьбе с их противниками (курдами, суннитскими группировками оппозиции, а так же с "ИГИЛ" и "Аль-Каидой"). С другой стороны, иранцы смогли построить систему параллельных государству вооруженных шиитских ополчений в Ливане, Сирии и Ираке, что в значительной степени расширилось их влияние в этих странах.

Возник шиитский полумесяц - пояс дружественных Ирану государств, протянувшийся от иранской границы к Средиземному морю. Кроме того, иранцы поддерживают в Йемене повстанцев хуситов, исповедующих близкую к шиизму веру. Правда, создание империи обошлось в десятки миллиардов долларов. Стремительный рост военных расходов и сокращение расходов на медицину и образование породили внутреннюю нестабильность в Иране. Как и баасистские режимы в недавнем прошлом, иранский режим столкнулся с главной проблемой - его экономика, основанная на широком государственном контроле и национализации крупных компаний, слишком слаба.

Арабо-иранское противостояние вместо арабо-израильского

Усиление Ирана вызвало жесткую реакцию арабских стран. Новая могущественная империя, чье влияние постоянно растет, сильно беспокоит их. Богатейшее среди арабских стран государство, Саудовская Аравия, стала главной силой, противостоящей иранцам на Ближнем Востоке. Большинство стран ЛАГ (Лига арабских государств) поддержали ее. Объявленная саудовским принцем Мохаммедом бен Сальманом грандиозная реформа включает в себя перевооружение в качестве важнейшего элемента: саудовцы намерены закупить в США новейшее оружие на 110 млрд долларов, что, возможно, является крупнейшей оружейной сделкой в истории. Все это должно служить сдерживанию Ирана.


Теперь не Израиль, а Иран стал головной болью арабов. Когда в ноябре 2017 года состоялось экстренное совещание министров иностранных дел членов ЛАГ, ими была принята анти-иранская резолюция, в которой про-иранская шиитская организация «Хезболла» признана террористической. "Политика Ирана переходит всякие границы и толкает весь регион в пропасть", — заявил генсек ЛАГ Ахмед Абу аль-Гейт. По словам российского специалиста по современному Ирану, Владимира Сажина, один из египетских экспертов в беседе с ним недавно отметил, что до этого он никогда не слышал подобных жестких анти-иранских заявлений от столь высокопоставленного арабского лидера. Все участники совещания в Каире, "включая и Египет, выступили в поддержку идеи, что главной угрозой для безопасности на Ближнем Востоке является Иран", — отметил Сажин.

Ему вторят израильские эксперты. Профессор Тель-Авивского университета Эяль Зисер отмечает, что "сегодня на Ближнем Востоке на первый план выходит напряженность между Ираном и некоторыми суннитскими государствами, в первую очередь Саудовской Аравией. Главным реакционным игроком становится Иран. Его позиции усиливаются, а влияние начало распространяться по всему региону. И это беспокоит далеко не только Израиль». С ним соглашается Узи Раби, профессор, директор Центра исследования Ближнего Востока и Африки имени Моше Даяна. Его высказывание представляет собой наилучшее сжатое изложение новой ситуации:

"Современный Ближний Восток — это не группа национальных государств. Люди здесь чаще всего обращаются к своей первичной идентичности: они воспринимают себя в первую очередь как шиитов, суннитов, курдов, персов, турок — и уже потом как граждан той или иной страны. Теперь необходимо постоянно сверяться с альтернативной картой, позволяющей понять, где живут представители различных религий и этнических групп. Карта прошлого столетия может только запутать... По сути, мы имеем дело с новым равновесием и новой геополитической панорамой, к которым необходимо приспосабливаться. «Исламское государство», очевидно, скоро окончательно вытеснят с территорий, которое оно занимало на Ближнем Востоке. Но все, что было до него, фактически разрушено, и взамен мы получим огромный вакуум, который займут иранские отряды милиции, курды, суннитские группы и т. д. Если раньше палестино-израильский конфликт был альфой и омегой региона, то сейчас он отходит на второй план, поскольку появилось множество других очагов противостояний. Многие до сих пор думают шаблонами ХХ века, когда Израиль был на одной стороне, а все другие ближневосточные государства — на противоположной. Но это больше не так. Для значительной части арабских государств самой большой проблемой в регионе становится Иран. И это тот знаменатель, который может сблизить их с Израилем.

Новая система коалиций

Правительство Израиль и его генштаб рассматривают сегодня Иран в качестве главной угрозы, точно так же, как и большинство арабских государств. Начал складываться союз арабов и Израиля, имеющий анти-иранскую направленность. Со своей стороны Турция, обеспокоенная, как и Иран, усилением курдских партий и движений, стала сближаться с Ираном. К ним примкнул Катар, втянувшийся в конфликт с саудовцами. Возникла новая, совершенно невозможная прежде система коалиций.

Между тем, Израиль готовится к столкновению с иранскими и про-иранскими силами в Ливане и Сирии, причем не исключено, что он нанесет удары и по территории Ирана. Эти удары могут быть поддержаны действиями суннитских антиасадовских повстанцев, связанных с саудовцами в Сирии, по силам Асада.

Впрочем, Израиль медлит с операцией. Это позволяет иранцам и их союзникам успешно зачищать Сирию от всех своих врагов. Асад, иранские и про-иранские силы, поддержанные ВКС России, одерживают одну победу за другой, громя оппозицию.

В случае войны с Израилем иранцы и «Хезболла» ответят ракетными обстрелами израильской территории - чрезвычайно болезненная мера, способная нести огромный ущерб Израилю и на месяцы парализовать его экономику. Неясной выглядит и ситуация в случае начала сухопутной операции. В 2006 году герилья «Хезболлы» нанесла Израилю чувствительные потери и заставила его покинуть Южный Ливан. С другой стороны, если шиитская коалиция в Сирии будет ослаблена ударами израильских ВВС, это может принести победу оппозиционным анти-асадовским силам. Пока что израильская авиация раз в несколько дней совершает налеты на про-иранские и иранские силы в Сирии.

На первый взгляд кажется, что противостояние Ирана и его союзников с одной стороны, и Израиля и саудовцев с другой стороны, не имеет отношения к палестинцам и они просто забыты. Но это не совсем так.

Новый раздел Палестины в 21 веке?



Дело в том, что режим «Хамас» в Секторе Газа теперь тесно связан с Ираном, уже сумел создать свой собственный внушительный ракетный потенциал, хотя ему, конечно, далеко до «Хезболлы». В Израиле опасаются, что в случае столкновения с Ираном на севере, «Хамас» может нанести по Израилю ракетные удары с юга и заставить Израиль вести войну на два фронта. Даже если израильско-иранской войны не будет, сама по себе угроза войны на два фронта сковывает в настоящее время Израиль.

Поэтому, существует определенная вероятность того, что Израиль нанесет невиданный по своей мощи удар по Сектору Газа. Подобные рассуждения уже звучат в Израиле. Такая война имеет мало общего с предшествующими израильскими операциями в Секторе, это будет, по мнению бывшего израильского офицера, участника войн в Газе и Ливане, Игаля Левина, настоящая тотальная война, которая может сопровождаться огромными разрушениями и жертвами.

Что же дальше? Здесь мы вступаем в полосу предположений. «В первый день мы перенесем посольство США в Иерусалим. Нетаньяху полностью в этом вопросе, Шелдон [Адельсон] полностью заинтересован... Пусть Иордания заберет Западный берег, пусть Египет возьмет Газу. Пусть они попробуют справиться с этим или утонут в своих попытках», – цитирует Майкл Вулфф в своей книге об администрации Дональда Трампа слова бывшего президентского советника Стива Бэннона.

Шелдон Адельсон - мультимиллионер, финансировавший избирательные компании Дональда Трампа и нынешнего израильского премьера Беньямина Нетаньяху, близкий к семьям обоих руководителей государств. И решение руководства США о переносе посольства в Иерусалим действительно было принято. Так что же, не исключен вариант раздела Палестины между Израилем, Египтом и Иорданией?

С этим нет ясности. Белый Дом назвал ложными утверждения, которые содержатся в книге Вулффа. И все же, слухи о возможной сделке между Израилем, Египтом и саудовцами в отношении Сектора Газа, распространяются на Ближнем Востоке уже давно. Нужно так же учесть, что движение «Хамас», которое управляет Газой, является палестинским крылом «Братьев-мусульман», организации, запрещенной в Египте. И власти этой страны действительно могут быть заинтересованы в зачистке и оккупации Сектора. Иными словами, операция в Газе может быть совместной, или, после зачистки Израиль может передать Египту контроль над Сектором.


Мы наблюдаем сегодня сближение Израиля и Саудовской Аравии. Сказанное во многом верно и в отношение Египта, при том, что саудовцы являются финансовым донором этой страны и влияют на ее политику. Все это может сказаться на судьбе палестинцев.

Другого момента для жесткого решения палестинского вопроса уже не будет. Президентство Трампа, который исключительно близок Израилю, и складывание арабо-израильского анти-иранского альянса может привести к сценарию, описанному в книге Вулффа. Конечно, этот сценарий выглядит сегодня лишь как одна из возможностей. Тем не менее, данная возможность вполне способна реализоваться.

Михаил Магид, публицист, российский аналитик (Москва), эксперт по Ближнему Востоку, специально для Vzglyad.az.

Vzglyad.az

Тэги: США   Израиль   Иран   ИГИЛ   Хамас   Трамп   Ближний-Восток