Мухаммад Шамсуддинов: В Вашингтоне довольно серьезно воспринимают проект «Маршрут Трампа»

- Как вы оцениваете взаимоотношения Таджикистана с соседними странами с точки зрения региональной безопасности и взаимовыгодного экономического сотрудничества? Насколько значима роль Душанбе в этих процессах?

- Для Таджикистана центральноазиатский регион является ключевым. От взаимоотношений с соседями многое зависит для страны - от вопросов экономики до безопасности. Для примера можно привести взаимоотношения Таджикистана с Узбекистаном в 2000-х и в начале 2010-х годах, когда из отношения достигли очень низкого уровня, что привело к изоляции Душанбе. Страна столкнулась со многими проблемами. Другой пример может относиться к взаимоотношениям с Кыргызстаном до недавнего времени, когда между странами были территориальные споры, которые приводили к серьезным пограничным столкновениям, что вызывало заметное беспокойство и влияло на безопасность Таджикистана. Это в целом влияло и на ситуацию в регионе. С этой точки зрения нормальные и дружеские отношения с соседями являются жизненно важным для официального Душанбе так как от этого зависит безопасность и благополучие страны.

Если говорить о роли Таджикистана в углублении отношений между странами Центральной Азии, то повторю, что Душанбе заинтересован в углублении отношений внутри региона так как от этого зависит стабильность и безопасность Таджикистана.
Нормализация отношений Таджикистана с Узбекистаном и Кыргызстаном которые оформились подписанием не только двусторонних, но также трёхсторонних документов таких как соглашение о точке стыка государственных границ трех стран и Худжандской декларации о дружбе и добрососедстве улучшило ситуацию с региональной безопасностью и создало предпосылки для региональной интеграции, а также расширения торговли и экономических связей. Здесь мы можем видеть роль Таджикистана как страны, играющей ключевую роль в углублении регионального сотрудничества.

- Какие факторы способствуют углублению сотрудничества между Центральной Азией (ЦА) и Азербайджаном, включая Таджикистан?

- Полагаю, что ключевым фактором здесь является или может стать вопрос формирования новых транспортно-логистических путей на евразийском континенте, как альтернатива тому, что уже есть, в первую очередь северным маршрутам, которые приходят по территории России. Этот транспортно-логистический маршрут может связять Китай и Европу через Центральную Азию, Южный Кавказ и далее с Западом. Таким образом этот фактор может сблизить страны Центральной Азии с Азербайджаном. Также стоит учитывать еще один важный момент, это стремление стран ЦА и Азербайджана, позиционировать себя на международной арене как политических субъектов, независимых политических игроков. Этот фактор тоже может привести к сближению этих стран, так как любое сближение на постсоветском пространстве без России воспринимается именно как попытка сформировать самостоятельную политическую линию. Иными словами, здесь может сложиться взаимовыгодный интерес, обеспечивающий некую дипломатическую выгоду сторонам, укрепляющий их авторитет и имидж на международной арене.

В частности, присоединение Азербайджана к консультативной встрече глав государств ЦА можно рассматривать с этих двух точек: стремление демонстрации субъектности государств, а также развития транспортно-логистических путей.

- Как вы оцениваете ситуацию на Южном Кавказе в свете нормализации отношений между Азербайджаном и Арменией?

- Нормализация между Азербайджаном и Арменией является очень позитивным сдвигом в регионе Южного Кавказа, которая приводит к стабильности, что в свою очередь создает предпосылки для развития торговли, экономических отношений и использованию транзитного потенциала Южного Кавказа.

И здесь можно отметить, что позитивные последствия могут быть не только для Южного Кавказа, но также для ЦА. Я уже упомянул, что это может привести к формированию новых транспортно-логистических путей Евразии.

Нормализация отношений между Азербайджаном и Армении позитивно воспринимается, поддерживается и в каком-то смысле продвигаются со стороны США и Евросоюза, потому что они заинтересованы в доступе к ресурсам Южного Кавказа и ЦА, а также в формировании безопасных путей доставки этих ресурсов в обход территории России.
Мы уже были свидетелями того, что в 2025 году было несколько дискуссий в Сенате США, где говорилось о необходимости поддержки развития транспортно-логистических отношений между ЦА и Южным Кавказом с дальнейшим выходом на Европу. В Вашингтоне довольно серьезно воспринимают в этом контексте проект «Маршрут Трампа» на Южном Кавказе.

- Каковы ваши прогнозы относительно внутриполитической ситуации в Иране? Существует ли вероятность новой атаки на Иран со стороны США и Израиля?

- В сложившейся ситуации необходимо учитывать специфику населения Ирана. Его граждане высоко политичны, что означает очень серьезный интерес к политике в своей стране, к своему политическому будущему и благополучию.

С этой точки зрения иранцы могут выступать против любого правительства в Иране, независимо от того, кто находится у власти. Такие массовые выступления как нынешние происходят часто. Они имели место быть и во времена шахского Ирана, и не раз в период Исламской республики. Другими словами, происходящее сегодня в Иране является частью специфической общественно-политической жизни, а не нечто исключительно новым.

Что касается вмешательства США и Израиля, то здесь напомним, что Израиль сразу после начала протестов оповестил иранские власти, что не будет вмешиваться в их внутренние дела. В случае с США, сегодня была новость о том, что Пентагон предлагает Трампу сценарий возможного вмешательства в ситуацию в Иране. Но тут очень важно учитывать тот факт, что попытки вмешательства во внутренние дела Ирана могут привести к обратному эффекту и консолидации населения вокруг нынешнего правительства. И тут необходимо отметить ещё одну отличительную черту иранцев. Они очень ревностно относятся к внешнему вмешательству в их внутренние дела и это может стать сдерживающим фактором для Израиля и США.

- Как воспринимают в Евросоюзе, США, Китае и России сближение Азербайджана со странами Центральной Азии?

- В целом, отвечая на этот вопрос, могу сказать, что ЕС, США и Китай поддерживают этот процесс, потому что заинтересован в формировании новых логистических путей в Евразии.

Что касается России, то здесь ситуация может быть немного иной. Россия может относится ревностно к сближению Азербайджана со странами Центральной Азией. Потому что это приводит к развитию транспортных маршрутов в Евразии в обход России. С другой стороны, Россия не заинтересована в том, чтобы другие геополитические игроки расширили доступ к ресурсам Центральной Азии, усиливая свое влияние там.
Россия может ревностно относится к попыткам сближения стран постсоветского пространства без её участия, так как Москва определяет этот регион как зону своего влияния и доминирования, и всякие политические процессы, особенно формирование новых форматов без участия РФ могут быть болезненными для неё.

Vzglyad.az