Почему то, что не позволительно Каталонии и Квебеку должно разрешаться Нагорному Карабаху?!

  12 МАРТ 2019    Прочитано: 4178
Почему то, что не позволительно Каталонии и Квебеку должно разрешаться Нагорному Карабаху?!

Премьер-министр Армении Н.Пашинян в интервью данном на днях в рамках визита в Брюссель заявил, что ожидает от Азербайджана признания права Нагорного Карабаха на самоопределение. А за некоторое время до этого уже бывший вице-спикер парламента Армении Эдуард Шармазанов в местной прессе заявил о том, что неправильно проводить параллели между Нагорным Карабахом, Курдистаном и Каталонией. Это была реакция на заявление официального лица Азербайджана о необходимости международному сообществу демонстрировать единую позицию по этим трем вопросам.

Шармазанов отметил, что эти три вопроса в корне отличаются и проводить между ними параллели является проявлением безграмотности. Он также заявил, что реализация Нагорным Карабахом права на самоопределение полностью законно и соответствовало Конституции СССР и нормам международного права. «Много лет назад Нагорный Карабах, как и 15 республик, воспользовались своим правом на самоопределения в соответствии с Конституцией СССР», - отметил он.

Эдуард Шармазанов

Вопрос самоопределения армян Нагорного Карабаха является актуальной с момента начала нагорно-карабахского конфликта. Еще в постановлении от 12 июля 1988 на сессии Совета народных депутатов Нагорно-Карабахской Автономной Области отмечалось, что «… исходя из необходимости реализации Ленинского принципа о праве наций на самоопределение, объявляем выход НКАО из состава Азербайджанской ССР».

Международные организации, выразившие позицию к урегулированию конфликта, в некоторых случаях, наряду с принципом территориальной целостности, который должен стоять во главу угла, также ссылаются и на право на самоопределение. Но насколько правомерны эти претензии?

Соответствует ли на самом деле международному праву самоопределение армян Нагорного Карабаха? Обладают ли карабахские армяне правом на отделение от Азербайджана?

В первую очередь следует подчеркнуть, что согласно международному праву, субъектом права на самоопределение является народ. Согласно 1-й статье Международного пакта о гражданских и политических правах «все народы имеют право на самоопределение. В силу этого права они свободно устанавливают свой политический статус и свободно обеспечивают свое экономическое, социальное и культурное развитие».

Хотя в международном праве понятие «народ» не имеет точного определения, но чтобы определить с правовой точки, является ли армянское население Нагорного Карабаха «народом», вызывает интерес Заключение № 2 Арбитражной комиссии мирной конференции по Югославии, созданной Советом министров Европейского Экономического Сообщества 27 августа 1991 года (эта комиссия называется Бэдинтерская по имени председателя этой структуры Роберта Бэдинтера, который в те годы был президентом Конституционного суда Франции. В эту комиссию также входили президенты Конституционных судов Германии и Италии, Арбитражного суда Бельгии и Конституционного трибунала Испании).

Бывший президент Конституционного суда Франции Роберт Бэдинтер

Так, 20 ноября 1991 года председатель конференции по Югославии лорд Кэррингтон обратился к главе Арбитражной комиссии с целью вынесения заключения к запросу Сербии: «Имеет ли право на самоопределение сербское население в Хорватии и Боснии и Герцеговине, как один из народов, входивших в состав Югославии?».

Отметим, что на момент запроса в Хорватии проживали около 581 тыс. (12,2% от населения страны) сербов, а в Боснии и Герцеговине – свыше 1,3 млн. (31,2% населения). Для сравнения, на момент конфликта в Нагорном Карабахе армяне составляли меньше 2% населения Азербайджана.

Арбитражная комиссия пришла к выводу, что сербское население в Боснии и Герцеговине и Хорватии должно быть наделено всеми правами, предусмотренными в международных конвенциях для национальных меньшинств. Республики должны предоставить членам тех меньшинств и этнических групп все права человека и основные свободы, признанные в международном праве, включая, в соответствующих случаях, право выбрать гражданство.

Иными словами, Арбитражная комиссия определила, что сербское население в Боснии и Герцеговине и Хорватии обладает только правами в качестве этнических меньшинств, а в лучшем случае при условии проживания на данной территории предоставляла им свободу выбора в получении гражданства другого государства, в случае если стороны договорятся об этом. Можно провести параллель с аналогичной ситуацией и в случае с армянским населением Нагорного Карабаха.

Но представим на мгновение, что армянское население Нагорного Карабаха обладает статусом «народа». Международное право только в трех случаях признает право народов на самоопределение с отделением от государства (право на сецессию): самоопределение народов находящиеся в колониальной зависимости или же под иностранной оккупацией; самоопределение на основе конституции; ремедиальное самоопределение.

В международном праве в первую очередь право народов на самоопределение проявилось в отделении колониальных территорий от метрополии. В целом, на сегодняшний день право на самоопределение было успешно реализовано только со стороны народов, находившихся в колониальной зависимости. И сегодня это право неоспоримо, но не имеет никакого отношения к случаю с Нагорным Карабахом, так как эта территория не являлась колонией Азербайджана.

Касаясь случаев реализации права на самоопределение предусмотренных Конституцией, то по 72-й статье Конституции СССР от 1977 года (в редакции на состояние 26 декабря 1990 года) правом на выход из состава СССР обладали только союзные республики. В Конституции не было никаких норм о праве на отделение автономных областей. Здесь стоит отметить, что согласно 78-й статье Конституции, границы союзных республик без их согласия нельзя было менять.

Согласно Конституции Азербайджанской ССР от 21 апреля 1978 года, Нагорно-Карабахская Автономная Область не обладала правом на отделение. Таким образом, отделение армянского населения Нагорного Карабаха от Азербайджана было невозможным на основе Конституций СССР и Азербайджанской ССР.

Касаясь случаев ремедиального самоопределения, возможность которого до сих пор оспаривается, то она осуществляется в случае, когда народ лишен возможности реализации своих прав на должном уровне в рамках страны, подвергается репрессиям и не имеет возможности быть представленным в государственных органах. Одним из субъектов, который попытался осуществить ремедиальное самоопределение, была канадская область Квебек. Правительство Квебека, одного из тринадцати областей Канады, с более 8 миллионным населением, в 1980 и 1995 годах проводило референдум для получения независимости. В связи с этим правительство Канады обратилось в Верховный суд страны с целью внесения ясности в вопрос одностороннего отделения Квебека.

Согласно постановлению Верховного суда Канады от 20 августа 1998 года, народ Квебека не может реализовать право на сецессию, так как он не стал жертвой массового нарушения своих основных прав и не столкнулся с угрозой физического исчезновения или раскола. Не существовало также преград для представительства жителей Квебека в органах власти. Они представлены в органах законодательной, исполнительной и судебной власти. Иными словами, Канада является суверенным и независимым государством, в правительстве которого представлены все проживающие в этой стране народы, наделенные равными правами.

Верховный суд Канады постановил, что по международному праву, правом на сецессию обладают лишь те народы, которые находятся под иностранной военной оккупацией или же существенно лишены возможности участия в госуправлении для осуществления своего политического, социально-экономического и культурного развития. Во всех таких случаях, народ может реализовать право на сецессию, так как ему чинятся препятствия для осуществления самоопределения в пределах страны проживания. Эти исключения в рамках нынешних условий не могут быть применены в отношении Квебека. Так как по международному праву, ни население Квебека, даже если оно будет считаться «народом», ни местный законодательный орган – Национальная ассамблея, ни правительство этой области, не обладают правом на одностороннее отделение от Канады.

В постановлении Верховного суда Канады отмечается, что в международном праве реализация права на самоопределение предусматривается в рамках границ существующих суверенных государств и при условии сохранения территориальной целостности. Только при невозможности этого (выше отмечено – ред.) в исключительных случаях может идти речь об отделении.

Эта позиция Верховного суда Канады отражена в принятом еще в 1970 году Декларации «О принципах международного права». Согласно этому документу, «принцип самоопределения не должно истолковываться как санкционирующее или поощряющее любые действия, которые вели бы к расчленению или к частичному или полному нарушению территориальной целостности или политического единства суверенных и независимых государств, соблюдающих в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов, как этот принцип изложен выше, и, вследствие этого, имеющих правительства, представляющие без различия расы, вероисповедания или цвета кожи весь народ, проживающий на данной территории».

В этой связи хочется отметить, что до начала конфликта, армянское население Нагорного Карабаха беспрепятственно принимало участие в государственном управлении в стране, и в частности в управлении в самой Нагорно-Карабахской Автономной Области. Армянское население Нагорного Карабаха не было жертвой дискриминации или массового нарушения их основных прав. Как правило, руководящие должности в НКАО занимали этнические армяне. В избранном 21 июня 1987 года Совете народных депутатов НКАО 116 представителей из 150 были армянами. Это 77,3% состава Совета народных депутатов, который имел полномочия решат все вопросы областного уровня.

НКАО было представлено на уровне заместителя председателя Президиума Верховного совета Азербайджанской ССР. Несмотря на то, что азербайджанское население НКАО составляло свыше 30%, их представительство в госорганах составляла 3-4%. Остальные должности занимали этнические армяне. Можно сказать, что управление НКАО было полностью в руках местных армян. Даже двое экс-президентов Армении – Роберт Кочарян и Серж Саргсян, в свое время занимали различные должности в НКАО. Помимо этого, армянское население Азербайджана было представлено в законодательных, исполнительных и судебные органах власти страны.

В качестве примера создания отдельного государства в результате ремедиальной сецессии можно привести Косово. Однако этот пример не может служить в качестве прецедента для Нагорного Карабаха, так как отличается в корне. Чтобы увидеть эти различия, необходимо подробно рассмотреть резолюции Совета Безопасности ООН по обоим конфликтам.

В резолюциях СБ ООН 1160 (1998), 1199 (1998), 1203 (1998), 1239 (1999) и 1244 (1999) по ситуации в Косово осуждались чрезмерное и неизбирательное применение силы в Косово силами безопасности Союзной Республики Югославии, а также применение насилия в отношении населения Косово; выражалось серьёзная озабоченность в связи с тем, что такое применение силы создало гуманитарную катастрофу в Косово, привело к притоку большого количества беженцев в соседние государства; вся ответственность за ситуацию в Косове была возложена на Союзную Республику Югославии; было подчеркнуто, что неурегулированность ситуации представляет собой угрозу миру и безопасности в регионе; требовалось от Союзной Республику Югославии немедленное прекращение насилия и репрессий в отношении населения в Косове, привлечение к ответственности всех лиц, подвергавших к плохому обращению мирных жителей Косово и вывод из Косова всех военных, полицейских и военизированных сил.

В отличие от резолюций по Косову, резолюции, принятые СБ ООН по Нагорному Карабаху (822, 853, 874 и 884) не содержат не одного пункта о том, что против армянского населения Нагорного Карабаха были осуществлены репрессии и акты насилия со стороны Республики Азербайджана. Даже наоборот, в качестве пострадавшей стороны в этих резолюциях указан только Азербайджан. В этих документах также выражена серьезная обеспокоенность фактом оккупации территорий Азербайджана, в результате которого гражданские лица стали вынужденными переселенцами.

Таким образом, в отличие от Косово, армянское население Нагорного Карабаха не было жертвой репрессий, что могло бы послужить основой для ремедиального самоопределения.

Отметим, что согласно консультативному заключению Международного суда ООН 2010 года, провозглашение независимости считается незаконным, если оно сопровождается грубыми нарушениями норм международного права императивного характера (jus cogens) или неправомерным применением силы.

Как видно из текстов резолюций СБ ООН по Нагорному Карабаху, «самоопределение» карабахских армян сопровождалось применением насилия к азербайджанскому населению, массовым нарушением их фундаментальных прав на жизнь, на собственность, право не быть подвергнутым бесчеловечному обращению, и др. Эти обстоятельства дают основание расценивать объявление карабахскими армянами в одностороннем порядке «независимости» как действие, противоречащее международному праву.

В связи с этим хотелось бы напомнить еще одно заключение вышеупомянутой Арбитражной комиссии. В ответ на запрос Сербской Республики «могут ли внутренние границы между Хорватией и Сербией и между Боснией и Герцеговиной и Сербией быть расцененными как границы с точки зрения международного публичного права?» комиссия заявила следующее: «Независимо от ситуации, если заинтересованные государства не достигли иной договоренности, принцип самоопределения не может служить основанием для изменения границ существующих при обретении независимости (uti possidetis yuris)».

Комиссия отметила, что границы между Хорватией и Сербией, между Боснией и Герцеговиной и Сербией, и возможно других смежных государств не могут быть изменены без свободно выраженного согласия этих государств. При отсутствии иной договоренности, ранее существующие границы становятся границами, защищенными со стороны международного права.

Это заключение исходит из принципа уважения территориальному status quo, в частности из принципа uti possidetis. Принцип uti possidetis, который первоначально был применен для решения споров в ходе деколонизации Америки и Африки, сегодня признается как универсальный принцип, как это было отмечено в решении Международного суда ООН от 22 декабря 1986 года по пограничному спору между Буркина Фасо и Мали.

Эта норма международного обычного права распространяется и на ситуацию с определением границ, возникшую в ходе распада СССР. Поскольку в период распада СССР не было никакой договоренности относительно изменения границ между союзными республиками, эти границы остались юридически неизменными после приобретения независимости этими государствами.

Как видим, международное право не признает за армянским населением Нагорного Карабаха право на создания своего государства или же реализацию в какой-либо форме права на самоопределение путем отделения от Азербайджана. В этом смысле озвучиваемые различными кругами, включая некоторые международные организации, мысли о том, что армянское население Карабаха обладает подобным «правом», не имеют под собой какой-либо международной правовой основы.

Подытоживая вышесказанное, хочу напомнить слова бывшего генсека ООН Бутроса Гали – если каждая этническая, религиозная или лингвистическая группа потребует государственности, тогда не будет конца разделу территорий.

Ильяс Гулиев




Тэги: Международное-право