Стратегическое отступление США и его последствия - МНЕНИЕ

  24 СЕНТЯБРЯ 2018    Прочитано: 3126
Стратегическое отступление США и его последствия - МНЕНИЕ

Михаил Магид

Стивен Коткин - известнейший американский историк, политолог, профессор истории и директор отдела российских исследований Принстонского университета, выступил с серией открытых лекций о современной геополитике. Коткин считает ключевой проблемой в современном мире постепенное нарастание противоречий между США и Китаем. Он сравнивает это явление с противостоянием Британской империи, в значительной мере контролировавшей планету до Второй мировой войны, c набирающей силу в центре Европы могучей Германией, дважды бросившей вызов британскому господству в 20-м столетии. Сейчас такой новой, набирающей силу державой, является Китай. Есть и два других оппонента США, менее мощные: Иран и РФ. Значение противостояния Америки с ними Коткин оценивает существенно ниже.

В этом с ним согласен глава Госдепа Майк Помпео. Госсекретарь США считает, что «Россия ведет себя агрессивно», но «в долгосрочной перспективе» большей угрозой для Соединенных Штатов является Китай. В интервью Fox News он отметил, что Россия «пытается вмешиваться» в американские выборы. «Мы должны давать отпор и сдерживать их, где только можем, - сказал Помпео. - Но если посмотреть в долгосрочной перспективе на угрозы жизненному укладу американцев, которые создают риски для продолжения экономического роста Америки, Китай является намного большей угрозой для США».

Китайский вызов

Китай, который обладает вторым ВВП на планете (после США), одной из самых мощных армий и полуторамиллиардным населением, постепенно выходит на передовые позиции в мире.

Новый шелковый путь - глобальный проект Китая. Это сеть железных дорог и портов, которую строят китайские компании вместе с компаниями (государственными и частными) других стран. В будущем НШП может позволить сформировать евразийский суперконтинентальный рынок, который охватывает 65% населения, 75% энергоресурсов и 40% ВВП планеты: Китай на востоке, Турция и Европа - на западе, Россия - на севере, а Иран, Ближний Восток и Индия - на юге. В общей сложности Новый Шелковый Путь должен создать единый гигантский рынок с населением свыше 4 млрд человек. Огромная хозяйственная система будет, по крайней мере частично, находиться в сфере экономического и политического влияния Китая. Это не может не тревожить США.

Один из ведущих современных специалистов по Восточной Азии, Андрей Ланьков, так же указывает на растущие противоречия между США и Китаем:

«Традиционно во внешней политике Китай вёл себя очень осторожно - в полном соответствии с заветами Дэн Сяопина, который вполне открыто говорил, что Китаю в обозримом будущем надо накапливать силы, сконцентрировавшись на экономическом росте, а не заниматься строительством сфер влияния и дипломатическим активизмом. Однако при Си Цзиньпине ситуация изменилась. Китай активно идёт на конфронтацию, в том числе и по достаточно малозначительным вопросам - достаточно вспомнить трения с Японией вокруг островов Сенкаку, или попытки (всё более активные и, в целом, всё более успешные), фактически установить китайский контроль над большей частью акватории Южно-Китайского моря. Проект НШП (Новый шелковый путь) относится к той же категории. Китай стремится стабилизировать Среднюю Азию, установить дружественные отношения с местными авторитарными светскими режимами, снизить риск того, что эта территория станет базой исламского экстремизма, и слегка потеснить при этом Россию и США. Разумеется, на это накладываются и чисто экономические соображения - Китаю и, в особенности, его проблемным западным регионам, далёкой имперской окраине, населённой уйгурами и иными неспокойными этническими группами, крайне желателен доступ к ресурсам Средней и Центральной Азии, равно как и к транспортным коридорам, проходящим через эту территорию».

Вероятно, Коткин прав в своей оценке Китая, но существуют другой и, вероятно, ключевой фактор, который определяет сложившееся в мире положение.

Стратегическое отступление

Важнейшим фактором, который ведет к росту турбулентности в современном мире, является стратегические отступление США. Ослабление международного влияния Америки происходит не только и не столько из-за политики Трампа, сколько из-за объективных причин. Таков непосредственный результат неудачной войны в Ираке.

«Самая худшая ошибка, совершенная в истории нашей страны, - это ввод войск на Ближний Восток президентом Бушем, - заявил Трамп - ...Мы потратили на Ближнем Востоке $7 трлн и миллионы человеческих жизней. Я учитываю потери с обеих сторон. Это миллионы жизней». Оценка Трампом материальных затрат США на войну в Ираке базируется на расчетах Бостонского университета, которые учитывают расходы, которые понесет страна в будущем на лечение ветеранов.

Политическим итогом войны стал приход власти в Ираке представителей шиитского большинства. Это, в свою очередь, стало толчком к появление ИГИЛ, экстремистской организации, которая борется против шиитов, ориентируясь на суннитское население. Что еще более существенно, произошло усиление шиитского Ирана (благодаря шиитскому большинству иракцев, многие представители которого ориентированы на союз с этой страной), распространившего свое влияние через Ирак и на Сирию. Так как еще раньше иранцы смогли в определенной мере подчинить своему влиянию Ливан, появился шиитский полумесяц - цепь зависимых государств, фактически, иранская империя на Ближнем Востоке.

Иными словами произошло следущее. Чтобы сместить неугодный американцам режим Саддама Хуссейна в Ираке, США совершили вооруженное вторжение в эту страну, выбросили кучу денег, а в итоге резко усилилось другое недружественное Америке государство - Иран. Кроме того, в результате этой неудачи американские избиратели больше не хотят войн: 70% выступают против участия США в сирийской войне. Наконец, у Америки большой внешний долг и нет возможности платить за войны и множество баз за рубежом.

Стоит вспомнить и проблемы, связанные с войной в Афганистане. Соединенные Штаты потратили там на войну с талибами около 1 трлн долларов, понесли потери, а в итоге движение Талибан не только не уничтожено, но набирает силу и контролирует в настоящий момент около четверти территории страны.

Стало ясно, что Америка не может выполнять полицейские функции по всему миру. США надорвались и стали отступать с позиций мирового полицейского. Они в какой-то мере осознали, что попросту не обладают финасовыми, военными, интеллектуальными и идеологическими ресурсами для того, чтобы контролировать планету Насколько далеко они отступят - вот главный вопрос сегодня.

Началось это отступление не при Трампе. Оно началось еще при Обаме, который позволил Асаду применить химическое оружие в Сирии и не стал продавать летальное оружие Украине. Его решения по Сирии и Украине привели к решительным переменам в политике.

В мире возник политический вакуум: в Восточной Европе и на Ближнем Востоке. В этот вакуум втягиваются различные государства, ведущие борьбу за региональное господство, что ведет к войнам и растущей турбулентности. Эти страны - Иран, Россия и Турция.

Главный парадокс американской и мировой политики

Выступая в качестве ведущей политической, экономической и военной силы в мире, США, тем не менее, оказались не готовы выступить в роли мирового полицейского, способного поддерживать определенный порядок, выгодный большинству мировых элит. Падение американского влияния в ряде регионов создало условия для расширения влияния региональных держав. Некоторые из них со временем могут стать настолько сильны, что это сделает вероятной их конфронтацию с Америкой.

Данное обстоятельство, в свою очередь, потребует мобилизации всех сил режима США для борьбы за мировое господство. Но и в случае очередной победы, подобной победе над СССР в Холодной войне, Америка не сможет управлять планетой. Это неизбежно приведет к продолжению все того же процесса роста влияния региональных держав и к новым вызовам американскому господству.

Данный парадокс выглядит как принципиально не решаемый в рамках существующей системы международных отношений. Он мог бы быть решен в случае коренных перемен в ней, например в результате появления Большой Двойки (США и Китай), для управления планетой, о которой говорил Збигнев Бжезинский, "Чиноамерики". Но в настоящее время такой проект не может быть реализован, ибо рассматривается и американской, и китайской элитами, как не отвечающий их интересам.

Две зоны нестабильности и положение Южного Кавказа

В результате стратегического отступления Америки и появления политического вакуума, в мире стали формироваться две зоны нестабильности, в которых сталкиваются и вступают в борьбу интересы различных сил.

Одна, как уже говорилось выше, охватила Ближний Восток. Вторая возникла в пространстве бывшего СССР. Воспользовавшись тем, что США во время и после войны в Ираке стали отступать с позиций мирового полицейского, Россия попыталась военным путем частично восстановить контроль над этим пространством. В 2008 году российские войска вошли в Грузию, в 2014 году в Украину.

Специфика Южного Кавказа, который может рассматриваться и как часть бывшего СССР, и как периферия Ближнего Востока, заключается в том, что он входит сразу в обе зоны нестабильности. Это означает, что региону в обозримом будущем могут грозить потрясения. Поэтому страны Южного Кавказа активизировали дипломатические усилия, стараясь завязать близкие отношения с мощными региональными державами.

Автор - российский аналитик, специалист по Ближнему Востоку.

Vzglyad.az

Тэги: США