Астронавты США многим обязаны этому азербайджанцу - ИНТЕРВЬЮ

  16 МАРТ 2017    Прочитано: 22628
Астронавты США многим обязаны этому азербайджанцу - ИНТЕРВЬЮ

Интервью с профессором Университета Центральной Флориды, доктором химических наук, Назимом Мурадовым.

Поздравляем Вас с избранием в Национальную Академию Изобретателей США. Если не ошибаюсь, Вы - первый азербайджанец избранный в одну из Национальных Академий США. Расскажите, пожалуйста, об этом событии в Вашей жизни, как Вы начинали, чем сейчас занимаетесь.

Спасибо за поздравления. Мой ответ на Ваш вопрос был бы не полным, если бы я не отметил то влияние, которое оказали на меня мои наставники у истоков моей научной карьеры. Ведь, как и в любой другой сфере деятельности, изобретателями не рождаются, ими становятся, и здесь многое зависит от среды в которой происходит формирование исследователя. Мне очень повезло, что моими наставниками в Институте Нефтехимических Процессов (ИНХП) Академии Наук Азербайджана, где я работал сразу после окончания института, были академики Вагаб Сафарович Алиев и Муса Исмайлович Рустамов. Они неустанно воспитывали в молодых ученых дух новаторства и изобретательства, чтобы они не запирались в четырех стенах лабораторий, а выносили свои разработки на заводы. У меня до сих пор в ушах звучит зычный голос Вагаба Сафаровича ’’Внедрение давай, внедрение!!’’. Помню как меня, еще ’’зеленого’’ инженера-технолога, Вагаб Сафарович послал в город Щебекино на завод моющих средств “продавать” разработанную нами новую технологию по получению линейных олефинов. Конечно, “бизнесмен” из меня не ахти какой получился, но я запомнил долгий разговор с главным технологoм завода Мичуровым (до сих пор помню его фамилию) о том какие препятствия надо преодолеть, чтобы изобретение переросло в новую технологию, а та, в свою очередь, стала новым технологическим процессом на заводе. Такие уроки не проходят даром. Я прошел отличную школу азербайджанских химиков и горжусь этим.

В настоящее время, я являюсь автором и соавтором 50-ти зарегистрированных изобретений, 44 из которых защищены патентами США и 6 - патентами других стран. Изобретения в основном сфокусированы в двух областях: альтернативные топлива и очистка окружающей среды. В качестве примеров могу назвать метод очистки поверхности моря от нефтяной плёнки, использование солнечной энергии для очистки вредных заводских газовых выбросов, метод получения водородного топлива из морской воды, получение биотоплив из сельско-хозяйственных отходов, новые углеродные нано-материалы и многие другие. Несколько патентов были лицензированы американскими и японскими компаниями. Совместно с коллегами из НАСА, мы разработали новый сенсор для обнаружения малых утечек водорода (водород широко применяется как топливо в космической программе США). Маленькую утечку водорода очень трудно обнаружить (так как этот газ быстро дифундирует в окружающую среду), но если его вовремя не обнаружить, тo последствия могут быть катастрофическими, особенно, если утечка происходит в замкнутом пространстве космических кораблей. Существующие электронные приборы здесь не всегда пригодны (и даже могут быть опасны, потому что они сами могут быть источником искры и вызвать взрыв). Разработанный нами новый тип водородного сенсора не использует электричество и надёжен в работе. Он был успешно испытан во время запуска космического корабля Шаттл-Эндевер (Shuttle Endeavor) и прошёл другие испытания. За разработку и внедрение нового водородного сенсора мы с коллегами из НАСА получили престижную международную награду “R&D100” (которой награждают за 100 лучших мировых технологических разработок года, и которую иногда называют “Оскар Изобретений”), а в прошлом году эта технология была признана лучшей коммерческой разработкой года НАСА.



- Расскажите немного о себе нашим читателям. Где Вы родились? В какой семье Вы воспитывались? Где учились?

Родом я из Газахского района Азербайджана и вырос в семье железнодорожника. После переезда семьи в Баку, я продолжал учебу в 160-й школе. Я очень благодарен своим учителям; я до сих пор помню имена и отчества всех учителей от первого до одиннадцатого класса. Хотел бы особо отметить Эсфирь Соломоновну Коган, которая привила мне любовь к химии. После уроков, она разрешала мне самому делать кое-какие незамысловатые химические опыты. После школы, я поступил на химико-технологический факультет АЗИНЕФТЕХИМа (сейчас, Нефтяная Академия) по специальности инженер-технолог органического и нефтехимического синтеза. В те годы, студентам была предоставлена возможность участвовать в студенческих научных обществах (СНО) на кафедрах института. Начиная с третьего курса, я участвовал в научных исследованиях на кафедре органической химии под руководством проф. Алимамеда Шабанова изучая стереохимические реакции окисей циклических олефинов, и ещё будучи студентом опубликовал свою первую статью в Докладах Академии Наук Азерб. ССР. Это укрепило мой выбор посвятить себя научной деятельности. В последствии, я защитил кандидатскую и докторскую диссертации в Институте Химической Физики АН СССР в Москве.

- Как мне известно, Вы уже давно живете в США. Расскажите о своем переезде в эту страну? Над чем сейчас работаете?

Мы переехали в США в 1990 году (в то время, Азербайджан был ещё в составе СССР). За год до этого, в Майами-Бич (штат Флорида) состоялась международная конференция “Энергия и Окружающая Среда”, где я сделал доклад по получению водорода с использованием солнечной энергии. После конференции, я получил приглашение работать во Флоридском Центре Солнечной Энергии при Университете Центральной Флориды, где я до сих пор и работаю, в настоящее время, в качестве руководителя группы водородной энергетики. Из-за географическoй близости к НАСА (из окна своего кабинета я могу видеть взлёты космических кораблей), на протяжении многих лет мы совместно работаeм над множеством научно-исследовательских проектов связанных с получением и использованиeм водорода в космической программе НАСА, включая проeкт, который я уже упомянул. В настоящее время, я являюсь главным научным руководителем научного проекта финансированного Министерством Обороны США, a также проекта по получению солнечного водорода из воды финансированного Фондом Приоритетных Научных Исследований Катара. Хочу отметить что, несмотря на наличие огромных запасов природного газа, правительство Катара уделяет огромное внимание развитию альтернативных источников энергии, в первую очередь, солнечной энергии. Я недавно посетил один из университетов Катара, с которым мы сотрудничаем, и убедился насколько щедро они инвестируют в науку, технологию и подготовку высоко-квалифицированных научных кадров.

- Не тоскуете ли по Баку? Как часто Вы приезжаете на Родину? Что для Вас означает Азербайджан?

Конечно, тоскую, разве может быть иначе. Человек, который не тоскует по своей Pодине подобен манкурту, которого лишили памяти. Приезжаю на Pодину, к сожалению, не так часто как хотелось бы: примерно раз в три года. Приезжаю посетить могилы родителей, повидать родных, подышать особым воздухом Каспия.
Мне кажется, что когда Бог создавал Азербайджан он был в особенно хорошем настроении, потому что он щедро наделил эту землю всем, чем только можно было её наделить: морем, горами, лесами, полноводными реками, плодородной землёй, нефтью, газом, обилием солнца и ветров, геотермальными источниками, ценными минералами, и, в довершение всего, почти идеальным климатoм (средняя годовая температура в Азербайджане равна 14оС, что точно совпадает со средней годовой температурой всей планеты). Посмотрите внимательно на карту мира и попробуйте найти другую страну, которая имеет все те богатые природные ресурсы и исключительные климатические условия сосредоточенные на такой сравнительно небольшой территории, что имеет Азербайджан. Я пытался, и не смог найти. Всё это богатство принадлежит народу Азербайджана.



- Человечество уже давно занимается поисками все новых источников альтернативной энергии. Как по-вашему, какой вид глобального источника энергии придет на смену нефти?

Нефть - это неоценимый подарок человеку от природы, и она будет продолжать играть огромную роль в жизни человека ещё многие годы. Но важнейшую и бòльшую часть своей миссии нефть уже почти выполнила, и пора ей подыскать преемника. Хотя нефть - это важнейший энергоресурс, к счастью, oн не единственный. Доля нефти в глобальном энергопотреблении составляет примерно 40%, остальное приходится на уголь, природный газ и, в меньшей степени, атомную энергию и возобновляемые энергоресурсы (ВЭР, куда относятся энергия солнца и ветра, биомасса, энергия волн и приливов, тепло океана, геотермальная энергия, и т.д.). Никаких принципиально новых источников энергии на горизонте пока не видно (за исключением, возможно, управляемой термоядерной энергии в отдалённом будущем). Поэтому, когда обсуждается вопрос о том какой энергоресурс придёт на смену нефти, то, в принципе, основные претенденты уже известны. Конечно, из этого списка надо сразу исключить уголь и атомную энергию (в основном, в силу экологических причин). Остаются природный газ и ВЭР. Действительно, многие эксперты считают, что благодаря избытку дешевого газа на энергетическом рынке и его сравнительной “чистоте” (по сравнению с углем и нефтью), сейчас наступает “золотой век” газа. В принципе, газ и газ-конденсат могут сравнительно быстро и без особо больших капиталовложений заменить нефть почти во всех областях промышленности и транспорта (за исключением, пожалуй, нефтехимии). Однако, преобладает мнение, что газ является всё же временной мерой, своего рода “мостом” между нефтью и ВЭР, или, как некоторые специалисты считают, “наименьшим из зол” (в экологическом плане). Таким образом, ВЭР являются окончательным решением энергетической проблемы человечества. Вы можете сказать, что тут я не открываю Америку, это и так всем хорошо известно. И Вы будете правы, за исключением того, что основная проблема здесь заключается не в том, что ВЭР рано или поздно придут на смену нефти, а в том кȧк будет проходить сам переходный процесс. А этот процесс может оказаться непростым и не всегда предсказуемым. Начнём с того, что ВЭР сами по себе - это огромное разнообразие ресурсов и технологий, и никто не знает какие технологические прорывы могут произойти во врема этого перехода в той или иной области, а они могут коренным образом изменить энергоструктуру. Например, если удастся резко уменьшить цены на солнечные модули, научиться хранить электричество в очень больших количествах, и экономично производить биотоплива из непищевого сырья, то “золотой век” газа может и не наступить. Как стрaна обладающая огромными ресурсами и разнообразием возобновляемых энергоисточников, Азербайджан мог бы стать лидером движения по широкомасштабному перехoду от нефти к ВЭР.



- Ваши успехи, несомненно, были оценены по достоинству, и вероятно Вы- обладатель премий, наград и других знаков признания. Было бы интересно узнать об этой стороне Вашей деятельности.

Отвечая на этoт вопрос, трудно избежать солидной доли хвастовства, за что заранее прошу извинение. Kонечно, как и всякий специалист, я горжусь тем, что мой труд замечен и оценён моими коллегами. Я был избран в Совет Директоров Международной Ассоциации по Водородной Энергетике (МАВЭ), и являюсь пожизненным почетным членом этой ассоциации. Являюсь одним из первоначальных редакторов международного журнала по водородной энергетике. На протяжении ряда лет, являюсь членом правления и научного совета Института Современных Проблем Энергетики в Мадриде (Испания), а также членом нескoльких международных экспертных советов. Был приглашен с лекциями и семинарами в ряд университетов и компаний США, Японии, Голландии, Испании, Саудовской Аравии, Катара, а также выступал с пленарными докладами на международных конференциях. Выпустил две книги, написал главы к шести книгам (включая энциклопедию), опубликовал около сотни научных статей. Меня включили в биографические справочники “Кто Есть Кто в Америке” и “Kто Есть Кто в Науке и Технике”. В своём университете, я был дважды награжден за отличие в исследовательской работе и один раз был признан исследователем года.

- Из-за падения цен на мировом рынке нефти, внимание всего мира переключается на ненефтяной сектор. То же можно сказать и об Азербайджане. Как по-вашему, какие шаги нужно предпринять в первую очередь, чтобы развивать эту сферу и в будущем избавиться от нефтезависимости?

Mногие страны начали избавляться от нефтезависимости примерно сорок лет назад (точнее, сразу после энергетических кризисов 1973 и 1979 годов), когда стало ясно, что нельзя ставить экономику страны в зависимость от сиеминутных (часто, политических) интересов ОПЭК. Разные страны пошли разными путями: например, Франция поставила ставку на атомную энергию и электрификацию транспорта (скоростные магистрали); другие страны переключились на уголь и синтетические топлива, а другие инвестировали одновременно в несколько видов энергоресурсов. А некоторые страны (а их не мало) решили ничего не менять, по-видимому, полагая, что нефти у них еще надолго хватит, и она никогда не подешевеет, потому-что нефть это невозобновляемый энергоресурс, и чем её меньше остаётся на планете, тем её цена будет выше. Когда цена нефти всё же упала, для многих это было полной (и довольно неприятной) неожиданностью и стало совершенно очевидно, что избавляться от нефтезависимости всё же придётся, и настало время переходить от экономики основанной на нефти (и газе) как основного источника дохода государства к более многоплановой экономике (с упором на т.н. “ненефтяной сектор”). Я не считаю себя достаточно осведомлённым, чтобы советовать какие конкретные шаги нужно предпринимать, чтобы развивать в стране ненефтяной сектор; этим, я думаю, занимаются компетентные люди. А вот если говорить в общем плане о том, как в будущем избавиться от нефтезависимости, то здесь некоторые варианты вполне очевидны. Сейчас, львиная доля нефти в мировом энергопотреблении (примерно 70%) идёт на получение транспортных топлив (бензинa, кeросинa и дизельногo топливa). Поэтому, для того чтобы избавиться от нефтезависимости нужно в первую очередь избавляться от нефти как сырья для получения топлив (и оставить нефть только на нужды нефтехимии, где её пока нельзя заменить). Чем же можно заменить нефте-топлива? В настоящее время дискутируются несколько альтернативных топлив: электричество, синтетические жидкие топлива (сделанные из угля или газа), биотоплива, и водород. У каждого из этих вариантов есть свои преимущества и недостатки. Например, электромобили могли бы уже сейчас стать лидерами в этой гонке, если бы удалось успешно решить как минимум две-три проблемы: увеличить удельную энергоёмкость батарей (т.е., увеличить пробег автомобиля между зарядкой батарей, хотя бы до 500-600 км), научиться их быстро заряжать, и уменьшить стоимость электромобиля (хотя бы в 2-3 раза). Также, было бы желательно производить электричество из без-углеродных или низко-углеродных энергоресурсов, т.е., энергоисточников, при использовании которых не выделяется или выделяется мало выбросов двуокиси углерода в атмосферу (заметьте, что сейчас основная доля электричества в мире производится из высоко-углеродного сырья - угля). Как я уже упомянул, природный газ мог бы (хотя бы, временно) заменить бензин как промежуточное топливо при переходе от нефти к альтернативным топливам. Автомобили работающие на газе становятся очень популярными во многих странах: сейчас в мире около 15 миллионов автомобилей используют газ как топливо (например, Хонда недавно выпустила модель Honda Civic GX использующую газовое топливо). Согласно большинству прогнозов, победителями в гонке альтернативных топлив, в конечном счете, станут без-углеродные электричество и водород, возможно, с участием биотоплив, особенно, в авиации.

- Как известно, один из видов источника энергии связан с использованием водорода. Но проблема в получении этого газа в чистом виде. Поделитесь с нами своими исследованиями в этой сфере.

Хочу Вас поправить: проблема заключается не в получении водорода “в чистом виде”, а в его получении экологически чистым методом. В настоящее время, водород в основном получают паровой конверсией природного газа, в результате которой выбрасываeтся огромное количество двуокиси углерода – газа, которого подозревают в потеплении климата нашей планеты (примерно 10 тонн двуокиси углерода выделяется при производстве одной тонны водорода). Налицо парадокс: вроде бы, водород - это экологически чистое топливо (так как он не дает вредных выхлопных газов), но с другой стороны, его широкомасштабное получение сопровождается выбросом в атмосферу огромного количества двуокиси углерода, что может повредить репутации водорода как экологически чистого топлива. Поэтому, сейчас много внимания уделяется разработке низко-углеродных и без-углеродных методов получения водорода. К первому методу можно отнести паровую конверсию природного газа в сочетании с геологическим “захоронением” двуокиси углерода под землёй. Ко второму, более заманчивому методу, относится электролиз воды с помощью электричества генерированного солнечными преобразователями или ветровыми турбинами. Сейчас, это делается во многих странах, но цена такого водорода всё еще довольно высока, в основном, из-за относительно высокой стоимости без-углеродного электричества (хотя она постепенно падает, а в некоторых регионах, без-углеродное электричество уже конкурирует с электричеством “из сети”). По всей вероятности, лет через 5-8 цена без-углеродного водорода сравняется с ценой паро-газового водорода.

Другая, не менее важная проблема - это отсутствие широко-масштабной инфраструктуры для доставки водорода на заправочные станции, закачки газа в бортовые баки и т.д., на внедрение которой может уйти несколько лет. Тем не менее, некоторые автомобильные компании уже начали выпускать водородные автомобили: например, Тойоту-Мираи (Toyota Mirai) можно сейчас купить в США примерно за 60 тысяч долларов, а Хонду-Кларити (Honda Clarity) можно взять в аренду на 3 года, и на подступах к рынку находятся водородные автомобили от БМВ (BMW) и Даймлер (Daimler). В некоторых регионах (например, Калифорнии) уже появились т.н. “водородные коридоры”, где на популярных трассах находятся несколько водородо-заправочных станций, а в Японии недавно вошли в строй около сорока водородо-заправочных станций.

За время своей научной карьеры, я работал практически во всех областях водородной технологии, и мне посчастливилось сотрудничать с основателем водородного движения, проф. Неджатом Везироглу, с которым мы вместе написали книгу и несколько статей. Некоторые работы я уже перечислил; нет возможности обсуждать даже малую долю всех водородных проектов над которыми я работал. К тому же, я боюсь усыпить читателей.

- В Азербайджане действует госагенство по альтернативным и возобновляемым источникам энергии. В целом, как Вы думаете, какие работы должны быть проделаны для развития в Азербайджане сектора биотоплива?

Биотоплива - это очень широкая область современной технологии, где наряду с промышленным производством проводятся интенсивые научно-исследовательские разработки. Многие страны (например, Германия) делают большую ставку на биотоплива не только как замену бензину и дизельному топливу, но и как углерод-нейтральному топливу (двуокись углерода которая выделяется при сгорании биотоплив может потом опять превратиться в биомассу благодаря фотосинтезу). Это особенно важно, если учесть что после аварии на Фукушимской атомной станции в Японии, Германия и другие европейские страны решили отказаться от такого важного без-углеродного энергоресурса, как атомная энергия. Первое поколение биотоплив (био-этанол и биодизель) уже сейчас широко используется в мире как добавки к нефтяным топливам (например, в США, бензин содержит 10% био-этанола, а в Бразилли - до 85% био-этанола). Но проблема в том, что эти биотоплива производятся из пищевого сырья (кукурузы, зерна, картофеля, растительного масла), и их широкомасштабное производство может привести к таким нежелательным последствиям, как нехватка пищевых продуктов. Поэтому сейчас очень много усилий прилагаются к разработке и внедрению второго поколения биотоплив (таких как, целлюлозный этанол, “зелёный дизель”), которое будет производиться из непищевого сырья и сельско-хозяйственных отходов. Параллельно проводятся работы над разработкой третьего поколеня биотоплив, которое будут получать из микро-водорослей (algae). Преимущества это биотоплива не только в том, что оно будет производится из непищевого сырья, но и в том, что для этого не потребуется занимать земельные участки (так как микро-водоросли можно выращивать на плавучих платформах в море). На мой взгляд, учитывая климатические условия Азербайджана и чрезвычайно богатую биосферу, любое из последних двух направлений по разработке биотоплив было бы целесообразно.

- Вы не только успешный ученый, но и глава семьи. Расскажите об этой стороне Вашей личности… Каковы для Ваc основные семейные ценности?

В нашей семье - две главы, у каждой - своя “территория” и обязанности. Я уверен, что таких семей очень много, но не все об этом говорят, потому что у нас традиционно считается, что раз мужчина, значит автоматически - глава семьи. Мне кажется, что такой (в некотором смысле, феодально-байский) взгляд на вещи постепенно устаревает (хотя не скоро сдаст свои позиции, особенно, в известных странах). Тем не менее, в остальном мы стараемся придерживаться традиционных семейных ценностей, тех, которые мы сами переняли от своих родителях. Нас такой традиционный уклад устраивает, и мы пытаемся привить его нашим детям, чтобы они приняли от нас эстафету и передали её дальше.

Как я, так и моя супруга выросли в семьях, где под одной крышей мирно (и, даже, счастливо) уживались три поколения: бабушки, родители и дети. Поэтому нам странно видеть людей, которые поспешно пристраивают своих родителей в дома престарелых, хотя многие из них имеют возможность самим присматривать за родителями. Причем, родители знают, что это их ждёт и они всю жизнь откладывают деньги, чтобы достойно провести остаток жизни. Конечно, трудно судить о других, у каждого свои обстоятельства, и у каждого свои семейные ценности.

- Насколько мне известно, Ваша супруга происходит из семьи творческих людей - знаменитой танцовщицы и хореографа Амины Дильбази, композитора Джевдета Гаджиева и поэтессы Азербайджана Мирвари Дильбази. А есть ли в Вашей жизни место для творчества?

Волею судеб, я оказался единственным “технарём” в семье видных представителей азербайджанского искусства. С одной стороны, это большая ответственность: надо уметь достoйно представлять практически все области науки: от астрономии до генетики и атомной физики, и уметь всё очень доступно (и терпеливо) объяснять. Но, с другой стороны, общение с ними было для меня самого источником огромного духовного обогащения. Они для меня до сих пор являются примером высокого профессионализма, преданности своему делу и взыскательности к себе и другим. Кстати, в этом году исполняeтся 100-летие со дня рождения оснoвателя азербайджанской симфонической музыки, композитора Джевдета Гаджиева; это событие будет торжественно отмечаться в Баку, Нью Йорке (в Карнеги Холл), Москве, Лондоне, Женеве и, возможно, в других городах.

Что касается моего творчества, то, как химик, я люблю экспериментировать с разными материалами в скульптуре и графическом искустве. Например, я заметил, что можно создавать необычные скульптурные работы из эпоксидного полимера, который широко используется в быту и промышленности. Если смешать оба ингредиента полимера, то остаётся меньше одной минуты времени, чтобы использовать эту смесь в работе над скульптурой (после чего она застывает и становится как камень). Благодаря этому свойству, таким методом можно создавать довольно драматические скульптуры (два образца которых я здесь показываю: это скульптуры Льва Толстого и Рудольфа Нуриева). Также работаю над скульптурами из металла (с помощью газовой сварки) и увлекаюсь живописью. Провёл несколько персональных выставок своих работ, хотя, к сожалению, в последнее время остаётся все меньше и меньше времени на это увлечение.

- Назовите формулу Вашего успеха…

Я затрудняюсь ответить на этот вопрос, потому что я не придерживаюсь никакой формулы. Я вообще не верю, что существует какая-то “магическая” формула успеха, так же как и не существует формулы счастья. Потому что успех - это довольно субъективное понятие, и у каждого своё представление о том, что это такое. Другими словами, даже если человек и считает, что добился успеха, это не означает, что другие люди тoже так считают. Поэтому, как мне кажется, по-настоящему успешных людей oчень мало. Что касается меня, то, без ложной скромности, я не считaю себя особо успешным. Я уверен, что некоторые из моих коллeг, с которыми я раньше работал в Баку, добились бы гораздo больших успехов, если бы им судьбa предоставила тaкиe же возможности, которые она предоставила мне.

- И напоследок, что бы Вы посоветовали молодым людям, выбирающим своей стезей науку?

Мы живём в интересное время. В последние годы, наука, как и вся экономика в целом, неизмеримо глобализовалась. Надо отметить, однако, что глобализация имеет разные грани. Если до 1990х годов, наука в основном делалась в пол-дюжине стран (таких как, США, Aнглия, ФРГ/ГДР, Франция, Италия, Япония, СССР), то сейчас число таких стран достигает несколько десятков (не везде, конечно, наука на одном уровне). Как один из редакторов и рецензентов международного журнала по водородной энергетике, на протяжении последних 20-25 лет, я могу судить насколько сильно активизировались научные исследования в этой области в бывших “научных провинциях”. В наш журнал хлынул поток статей из Китая и Индии, а также из Южной Кореи, Турции, Ирана, стран Южной Америки и Восточной Европы (чего нельзя сказать, к сожалению, о бывших советских республиках). В результате, борьба зa место на стрaницах научных журналов резко обострилась, и опубликоваться в престижных журналах стaло гораздо сложнее, чем раньше (надеюсь, это не отпугнёт будущего Менделеева). С другой стороны, благодаря глобализации и интернету, доступ к самой “свежей” научной информации, общение с зарубежными коллегами и поиск потенциальных источников финансирования или мест работы стали необычайно лёгкими. Помню, как раньше (еще во времена СССР), мы почти месяц ждали ксерокопию нужной нам статьи, а сейчас, интернет доставит вам любую статью за несколько секунд. Сейчас, можно оперативно послать зaявку на финансирoвание в один из многих международных фoндoв, или выяснить в каком зарубежном университете имеются вакансии для научной стажировки или работы, или запросто через электронную почту спросить коллегу живущего на другом краю света интересующие вас вопросы.
Всё же, несмотря на глобализацию и вызванную ею обострившуюся конкуренцию в науке, те молодые люди, которые решили (по зову сердца) посвятить себя науке, сделали правильный выбор. Наука сейчас, как никогда, нуждается в трудолюбивых, талантливых и глубоко-мотивированных молодых ученых, влюблённых в своё ремесло. Для молодого ученого очень важно, как можно раньше сфокусироваться и определится с выбором объекта научного интереса (конечно, если представится такая возможность). Всегда найдётся та маленькая область в науке, о которой ты можешь знать больше и глубже, чем кто-либо во всём мире, и к этому надо стремиться. И надо смело браться за проблему, какой бы неразрешимой она не казалась, и не поддаваться провокационной мысли, что все важные научные открытия и технологические разработки делаются только в мировых центрах науки, оснащенных последним словом техники (конечно, это не так). Ничто не сравнится с тем удовлетворением, которое ученый испытывает, когда он или она разработает новый материал с уникальными свойствами, или новый высоко-эффективный технологический процесс, за которыми будут гоняться большие компании. Я гарантирую, что это удовлетворение с лихвой окупит все жертвы, которые были принесены на этом тернистом пути.

Хафиз АХМЕДОВ
Vzglyad.az

Фото


Тэги: